Суперсерия, которая потрясла мир: 50 лет главному хоккейному событию

Пятьдесят лет назад в Москве и четырех канадских городах – Монреале, Торонто, Виннипеге и Ванкувере – произошло событие, которое, возможно, стало главным в истории мирового хоккея. В восьми матчах впервые сошлись сильнейшие профессиональные хоккеисты Канады и сборная Советского Союза. Впоследствии эти игры назовут Суперсерией-72.

Конец гегемонии

Канадцы, как известно, родоначальники хоккея, и неудивительно, что вплоть до 1950-х годов они царили на планете: для того чтобы выиграть чемпионат мира и Олимпийские игры, им было достаточно прислать на турнир сильнейшую клубную команду любительского чемпионата. Параллельно канадцы задавали тон и в созданной в 1917 году Национальной хоккейной лиге. Даже сильнейшие сборные Европы, Чехословакия и Швеция, не могли составить жесткой конкуренции канадцам. Разумеется, у хоккеистов и болельщиков Страны Кленового листа не было ни единого сомнения в том, что именно их соотечественники лучше всех на Земле умеют играть в хоккей.

Ситуация начала меняться после Великой Отечественной войны, когда в СССР начали культивировать хоккей с шайбой. Тогда в нашей стране был популярен хоккей с мячом – в него играли на футбольных ледовых полях одиннадцать на одиннадцать, другими клюшками, с низенькими бортиками, с большими воротами. Недаром эту стремительную комбинационную игру называли русским хоккеем. Новый же хоккей на маленьких площадках с шайбой (поначалу ее даже называли плашкой) именовали канадским.

В декабре 1946 года стартовал первый чемпионат СССР. Осваивать новую игру тем, кто привык к другим клюшкам, полям, правилам, экипировке, было, конечно, трудно. Однако  игроки из русского хоккея и футбола быстро освоились в хоккее канадском и создали совершенно новый стиль игры, заложив основы школы советского хоккея. В Канаде предпочитали действовать в силовой манере, играли жестко и напористо, с удовольствием шли на силовые приемы, проповедовали индивидуальные действия. У нас же хоть и уделяли огромное значение физической подготовке, тем не менее делали упор на командную игру, интуитивное взаимопонимание на льду, филигранную технику и творчество на льду.

В 1954 году сборная СССР по хоккею впервые участвовала в чемпионате мира, который состоялся в Стокгольме, и выиграла его, в последнем и решающем матче разгромив сборную Канады – 7:2. «Нас поразили работоспособность русской команды, умение вести игру в необычайно стремительном темпе, – признался капитан канадцев Томас Кэмпбелл. –  Лучшим игроком турнира, бесспорно был русский нападающий Бобров. Это хоккеист экстра-класса». Тот триумф разделили и два уроженца Тульской области – нападающий Александр Уваров и защитник Дмитрий Уколов.

Многим казалось, что золото ЧМ-54 – эмоциональная вспышка дерзкого выскочки, но скоро стало ясно, что советский хоккей пришел на мировую арену всерьез и надолго, а его стиль – полноценная альтернатива канадскому.

В ожидании легкой прогулки

Разговоры о том, что неплохо бы провести встречи сильнейших советских и канадских хоккеистов, активизировались в конце 1960-х годов. По рукам ударили в 1972 году: во время чемпионата мира в Чехословакии было решено – в сентябре сборные СССР и Канады проведут по четыре матча дома и на выезде.

Откровенно говоря, за океаном к грядущей Summit Series отношение было более прохладное. Канадцы все никак не могли избавиться от чувства собственной хоккейной исключительности, а от того и не сомневались в грядущей легкой победе. Даже после того, как НХЛ потребовала, чтобы в матчах не участвовали игроки, выступавшие тогда в альтернативной лиге ВХА. Так канадцы лишились Бобби Халла, Жана-Клода Трамбле, Джерри Чиверса. «Тренировались мы вполсилы, по сути, к предстоящим встречам готовились не лучшим образом», – признавался нападающий сборной Канады Иван Курнуайе.  Да и зачем, ведь канадская пресса не сомневалась: их сборная выиграет все восемь матчей. Уверенности добавил и отчет тренеров, побывавших в СССР – причем слабым звеном советской команды они считали 20-летнего вратаря ЦСКА Владислава Третьяка, пропустившего восемь шайб в матче со сборной Москвы. Голоса одиночек, предостерегавших от недооценки советской сборной, тонули в шапкозакидательских ожиданиях. Журналист «Глоб энд мэйл» Дик Беддос даже заявил, что съест газету со своей статьей, если русские победят хотя бы в одном матче.

Сборная СССР между тем готовилась со всей серьезностью. В 1972 году Аркадия Чернышева во главе советской сборной сменил тот самый Всеволод Бобров, звезда победного ЧМ-54. Состав у него был объективно сильнейшим, за одним лишь исключением: из-за конфликта с тренером в команду не был включен нападающий ЦСКА Анатолий Фирсов. Советская сборная начала тренировки 1 июля, а через два месяца вечером 30 августа борт «Аэрофлота» с нашей командой на борту сел в аэропорту Монреаля. Дров в огонь противостояния добавляла и политика: капиталистическая Канада встретила хоккеистов из главной социалистической державы антисоветскими плакатами. А багаж советской сборной был арестован по иску сбежавшего в Канаду эмигранта из Чехословакии, чью машину якобы раздавил в 1968 году советский танк. Организатору Суперсерии Алану Иглсону пришлось выписать смутьяну чек почти на две тысячи долларов и замять конфликт.

1 сентября канадские хоккеисты посетили тренировку сборной СССР и покидали ее, не сдерживая смеха. И этими неумехами их стращали некоторые газетчики и так называемые специалисты? Да они не могли даже толком держаться на льду, правильно бросать по воротам, катались кое-как… Конечно, канадцы не знали, что это всего лишь хитрость Боброва.

Триумф в Монреале

Переполненный 18-тысячный монреальский «Форум», вспышки фотокамер, шквал аплодисментов после объявления каждого из игроков канадской сборной, выкатывавшегося на лед… К огромному интересу зрителей советские игроки привыкли на Родине, но к тому, что хоккей может превращаться в такое яркое шоу – конечно, нет. И к этому нужно было привыкнуть.

А привыкать было некогда. Уже на тридцатой секунде Третьяк парирует бросок, шайба отскакивает к Филу Эспозито – и он посылает ее в ворота. На седьмой минуте после вбрасывания в зоне сборной СССР следует короткий розыгрыш – и уже 0:2… Клавишник играет похоронный марш, «Форум» ревет, а миллионы телезрителей в Канаде и Европе разочарованно машут руками – мол, никакой борьбы тут не будет.

Но советская команда не сломалась и гнула свою линию: постепенно привыкнув к атмосфере, к натиску канадцев, она нащупала контригру. И на 12-й минуте голевую атаку организовали спартаковцы – Евгений Зимин отквитал одну шайбу с передачи Александра Якушева. А на 18-й минуте, когда канадцы были в большинстве, дерзкую вылазку к воротам Кена Драйдена предприняли Борис Михайлов и Владимир Петров – первый ассистировал, а второй сравнял счет – 2:2.

Говорят, в перерыве в канадской раздевалке царило безмолвие: профессионалы постепенно понимали, что соперник вовсе не так слаб. А в советской азартный Бобров доказывал, что соперник нашей команде вполне по силам, и давал указание защитникам не тянуть с передачами, а быстрее организовывать атаки. И эта тактика сработала. Сначала две роскошных шайбы забросил Валерий Харламов, причем вторую – промчавшись почти через всю площадку. Уже в третьем периоде задиристый Бобби Кларк свел отставание к минимуму, но советских хоккеистов было не удержать: Михайлов, Зимин и Якушев добили канадцев – 7:3. «Кленовые листья» были деморализованы – оттого, вероятно, отказались пожимать руки советским игрокам после игры. Этот матч навсегда стал классикой мирового хоккея, а Дик Беддос бесславно сжевал свою статью. Правда, с бульоном.

Работа над ошибками

Но канадцы не были бы канадцами, если бы не сделали выводов из поражения. Во втором матче соперники были уже совсем другими – с восемью новыми игроками, четкой игрой в обороне и жесткой, на грани жестокости, силовой борьбой. Итог – поражение 1:4. В третьем матче советская сборная тоже была на грани проигрыша, дважды уступала в разницей в две шайбы, но благодаря отличной игре Третьяка сумела добиться ничьей – 4:4.

Начало четвертого поединка ошеломило канадцев: к восьмой минуте Михайлов дважды реализовал большинство с передач Владимира Лутченко. Отквитать один гол удалось уже во втором периоде, но вскоре Юрий Блинов и Владимир Викулов сделали отрыв еще более внушительным – 4:1. В третьем периоде канадцы предприняли мощнейший штурм, нанеся 23 броска по воротам Третьяка, но забросили только дважды, а у советской сборной, бросившей только шесть раз, оказалась точной попытка Владимира Шадрина – 5:3.

20 сентября канадцы прилетели в Москву. Наслушавшиеся пропаганды, они тотчас по прибытии в гостиницу «Интурист» стали искать подслушивающие устройства. Что такого секретного мог рассказать условный Фрэнк Маховлич – неизвестно, но именно он залез под ковер в номере и обнаружил там коробочку с четырьмя винтами. Когда канадский форвард вывинтил последний из них, раздался жуткий грохот – это разбилась гигантская люстра в расположенном этажом ниже конференц-зале.

Но на льду гости выглядели вовсе не такими незадачливыми. Во дворце спорта «Лужники» шла 50-я минута первого московского матча, а счет был 4:1 в пользу канадцев, не дававшим нашей команде вздохнуть в своей зоне. Однако на третий период сил у них уже не хватило, и за пять с половиной минут Вячеслав Анисин, Владимир Шадрин, Александр Гусев и Владимир Викулов забросили четыре шайбы выдохшимся соперникам – 5:4.

В шестой игре серии канадцы вновь включили на полную мощность свои любимые грязные приемы. Больше всех досталось Валерию Харламову – а одном из эпизодов Бобби Кларк крюком клюшки, как дубинкой, ударил его по лодыжке. Сборная СССР осталась без одного из ведущих нападающих. А матч закончился поражением: в середине второго периода соперники забросили три шайбы за полторы минуты, и этого оказалось достаточно – 2:3.

В седьмом поединке сборная Канады не изменяла своей жесткой манере, провоцируя и выводя из себя советских хоккеистов. Это именно отсюда тот знаменитый фрагмент, когда Фил Эспозито садится на скамейку штрафников после стычки с Михайловым, проводит пальцем по горлу и показывает ему кулаки – мол, давай биться.

– У нас амуниция была такая, что ноги спереди защищались щитками, а икры оставались открыты, – рассказывал Михайлов. – Вот Фил и повадился тыкать мне туда клюшкой. Раз, второй, третий… А это больно, между прочим!.. Ответить Эспозито я не мог. Стал думать, как отыграться. И сообразил, что у него подмышка открыта. Ну я и сунул. Фил же высокий, мне снизу сподручно. Он взвыл, я понял, что нашел болевую точку… Так и обменивались любезностями: он – по икрам, я – по ребрам. Ему надоело, с кулаками полез, потом выражаться стал. Я посылал на чистом русском. Думаю, Эспозито потом перевели, куда именно. Прекрасно понимали друг друга!

Между тем именно Эспозито открыл счет в том поединке, а после того как сборная СССР вышла вперед в конце первого периода, восстановил равновесие – 2:2. На 43-й минуте забросил Род Жильбер, ему быстро ответил Якушев, но на шайбу Пола Хендерсона под занавес игры ответить уже не удалось – 3:4.

На последнюю игру, состоявшуюся 28 сентября, все-таки вышел Харламов – и отдал голевую передачу, несмотря на жесткую индивидуальную опеку. Игра шла как на качелях: Якушев, Лутченко, Шадрин забрасывали – но канадцы сравнивали. Под занавес второго периода сценарий изменился: снова отличился Якушев, а вскоре Валерий Васильев реализовал большинство. 5:3 перед последним периодом – неплохой задел. Но третья двадцатиминутка стала триумфом Эспозито. На 43-й минуте он забросил сам, а на 53-й минуте ассистировал Курнуайе. А после этого советские хоккеисты совершили ошибку – начали играть на удержание ничейного счета, гарантировавшего им победу в Суперсерии. И за 34 секунды до сирены пропустили: Хендерсон со второго раза добил шайбу в ворота Третьяка после броска Эспозито.

Канадцы, которые ждали от Суперсерии легкой прогулки, плакали от радости после тяжелейшей победы. Теперь и они понимали, что были участниками эпохального события. Впервые столкнулись две лучших хоккейных системы – и начали учиться друг у друга еще по ходу матчей: канадцы взяли на вооружение советскую командную игру, а наши стали уделять больше внимания силовой борьбе и игре под давлением. Ну а для болельщиков Суперсерия стала темой для приятных воспоминаний и восхищений – уже чего-чего, а классного хоккея и невообразимых эмоций в ней было вдоволь.

Андрей ЖИЗЛОВ

Сборная СССР

Вратарь

20. Владислав Третьяк (ЦСКА) – 8 матчей, –31 шайба

Защитники

3. Владимир Лутченко (ЦСКА) – 8, 1+3

7. Геннадий Цыганков (ЦСКА) – 8, 0+2

4. Виктор Кузькин (ЦСКА) – 7, 0+1

25. Юрий Ляпкин («Спартак») – 6, 1+5

2. Александр Гусев (ЦСКА) – 6, 1+0

5. Александр Рагулин (ЦСКА) – 6, 0+1

6. Валерий Васильев («Динамо» М) – 5, 1+2

26. Евгений Паладьев («Спартак») – 3, 0+0

14. Юрий Шаталов («Крылья Советов») – 2, 0+0

Нападающие

15. Александр Якушев («Спартак») – 8, 7+4

19. Владимир Шадрин («Спартак») – 8, 3+5

16. Владимир Петров (ЦСКА) – 8, 3+3

13. Борис Михайлов (ЦСКА) – 8, 3+2

10. Александр Мальцев («Динамо» М) – 8, 0+5

17. Валерий Харламов (ЦСКА) – 7, 3+5

22. Вячеслав Анисин («Крылья Советов») – 7, 1+3

18. Владимир Викулов (ЦСКА) – 6, 2+1

12. Евгений Мишаков (ЦСКА) – 6, 0+0

9. Юрий Блинов (ЦСКА) – 5, 2+1

23. Юрий Лебедев («Крылья Советов») – 3, 1+0

24. Александр Бодунов («Крылья Советов») – 3, 1+0

30. Александр Волчков (ЦСКА) – 3, 0+0

11. Евгений Зимин («Спартак») – 2, 2+1

29. Александр Мартынюк («Спартак») – 1, 0+0

21. Вячеслав Солодухин (СКА) – 1, 0+0

8. Вячеслав Старшинов («Спартак») – 1, 0+0

Канада

Вратари

35. Тони Эспозито («Чикаго») – 4, –13

29. Кен Драйден («Монреаль») – 4, –19

Защитники

5. Брэд Парк («Рейнджерс») – 8, 1+4

2. Гэри Бергман («Детройт») – 8, 0+3

17. Билл Уайт («Чикаго») – 7, 1+1

25. Ги Лапуэнт («Монреаль») – 7, 0+1

3. Пэт Стэплтон («Чикаго») – 7, 0+0

23. Серж Савар («Монреаль») – 5, 0+2

16. Род Силинг («Рейнджерс») – 3, 0+0

26. Дон Оури («Бостон») – 2, 0+0

24. Микки Рэдмонд («Детройт») – 1, 0+0

Нападающие

7. Фил Эспозито («Бостон») – 8, 7+6

19. Пол Хендерсон («Торонто») – 8, 7+3

28. Бобби Кларк («Филадельфия») – 8, 2+4

12. Иван Курнуайе («Монреаль») – 8, 3+2

6. Рон Эллис («Торонто») – 8, 0+3

20. Пит Маховлич («Монреаль») – 7, 1+1

22. Жан-Поль Паризе («Миннесота») – 6, 2+2

8. Род Жильбер («Рейнджерс») – 6, 1+3

18. Жан Ратель («Рейнджерс») – 6, 1+3

27. Фрэнк Маховлич («Монреаль») – 6, 1+1

10. Деннис Халл («Чикаго») – 4, 2+2

9. Билл Голдсуорси («Миннесота») – 3, 1+1

33. Жильбер Перро («Баффало») – 2, 1+2

14. Уэйн Кэшмен («Бостон») – 2, 0+2

21. Стэн Микита («Чикаго») – 2, 0+1

15. Ред Беренсон («Детройт») – 2, 0+1

11. Вик Хэдфилд («Рейнджерс») – 2, 0+0